Читаем без скачивания Тень [СИ] - Алексей Быков

– Вот и я послушаю. – Мозолистая ладонь откинула черные кудри, и из-за плеча девушки выглянул Эрвин. – А то она сама фиг чего расскажет. – Тэра шутливо пихнула Эрвина в бок.

– Э-эх. Ну ладно. Каюсь. – Торопыжка прищелкнул пальцами привлекая внимание андроида, ткнул в початую бутылку коньяка в прозрачном сейфе. – Видел я с утра представление, с тобой, кстати, в главной роли.

Тэра поморщилась.

– В общем-то, с Бульдогом и так жизнь не в кайф, а тут еще это… – Рука в узком сиреневом рукаве медленно навернула круг, подбирая слова.

Тэра недоверчиво покосилась. В широко раскрытых глазах читалось: ты с ним спал?…

– Не-не. Не дай бог. Ты чего удумала? – Торопыжка даже отшатнулся. – В общем, я тоже решил уволиться, но на своих условиях. Хотя-я, знаешь подруга, тебя в спецэффектах фиг переплюнешь.

– Это как, Клотар? – Эрвин покровительственно обвел взглядом новоиспеченных друзей, как умалишенных за своей тихой беседой. – Вы о чем?

– А, – Клотар махнул рукой. – Мутное дело… Я угнал бульдогов глайдер, а перед этим… – он взял драматическую паузу, – перед этим перепрограммировал замки туалетов.

Эрвин глубокомысленно постучал пальцем по лбу:

– Зачем?

– Они теперь открываются только по звуковому паролю.

– И что?

– А то, что пароли сделаны по маске голоса Бульдога.

Эрвин уже потерялся. – Какого бульдога?

– Чччч. – Тэра положила руку на его ладонь. Шепнула. – Чч. Потом объясню.

– Так вот. Вилка. – Торопыжка действительно подцепил с тарелки пластиковую вилку. Ухоженные пальцы хищно скользнули по кончикам зубьев. – Вилка. Если голос не бульдожий, то пароль – "Бульдог – сволочь". Только произнести его нужно с душой. С напором. Парням на складе придется попрактиковаться.

Тэра затаила дыхание, а Торопыжка своим серьезно-снисходительным взглядом смотрел в широко распахнутые глаза. – Ротик прикрой, деточка. Дрончик влетит.

Тэра сморгнула, – а если это Бульдог?

– Тогда правильный ответ: "Я – сволочь". Подсказки бегущей строкой идут по двери каждого, не приведи господь назвать это туалетом, сортира.

Эрвин сжал плечо девушки и решил вмешаться:

– Ничего не понял. Только, что этот бульдог сволочь. Ну и что? Он же на раз пароль сменит. Всего-то делов – администратору сказать.

– Я администратор. – проказливо улыбнулся Торопыжка.

– Ну… Другого найдет.

– Я – хороший администратор.

– Так и что? Что, хороших нет больше?

– На этой планете? – Тэра и Клотар переглянулись. Тихие звуки джаза перекрыло дружное, – нееее.

– И вообще, – продолжил мысль Торопыжка, – Если кто-то без моего ведома захочет что-то поменять в моей системе – придется переписать весь исходный код. Ве-есь. – Руки с размаху изобразили огромный шар. – А это, уж поверь мне, те еще Авдиевы конюшни.

– Извини, не понял. Не знаком с владельцем. – Эрвин вздохнул – бокал опрокинулся, выливая остатки янтарной жидкости, – и парень, причмокивая, протянул:

– Ну, поругаются недельку-другую, пока ломают этого твоего, как его, Авдия. И что с того? Ну, микрофоны да динамики расколошматят.

– Динамики система восстановит. Мы же не во мраке монетарных войн двадцать первого века. – Клотар хмыкнул, – тоже мне, мутные времена. А взламывать систему, это всегда пожалуйста. Им сейчас даже бегущую строку не выключить… А что будет?… Жизнь длинная штука. Посмотрим.

На лице Торопыжки отразилась мстительная улыбка.

Глава II. Этот странный затерянный мир

Во власти гоблина

После плотного завтрака Торопыжка подставил воротник бармену. Сканер считал модную клипсу-дракончика и высветил счет за всех. Ладно, синтетическое мясо, после ужасно вкусного "Коньяк" Тэре было страшно даже просто взглянуть на счёт. Короткое торопыжкино "подтверждаю" и приятели побрели по каютам. Девушка узнала у автомата-регистратора номер своей. Недолгое путешествие по ярко освещенному коридору вдоль стены с номерами закончилось у золотистого двадцать три. Эрвин остановился раньше. Клотар, насвистывая что-то похабненькое, сунул руку в карман, и довольный собой, пританцовывая, пошлёпал дальше.

Тэра посмотрела на золоченые цифры. В предвкушении прикрыла глаза – не может же здесь каюта быть такой же дырой. Глубокий вздох и рука легла на теплую стену. Чуть ниже номера. Пластик под пальцами шевельнулся. Пошел мелкой рябью. Исчез. Только яркий золотистый свет прорвался сквозь закрытые веки.

Кожа после пустынного солнца тихо зудела.

Ну, что ж, подумала девушка, судьба.

Шагнула внутрь и открыла глаза.

Такая же маленькая каюта. Та же узкая заправленная кровать, кресло, столик… Но каюта чистенькая. Опрятная. Девушка бы даже сказала "очаровательная каюта". Клотар бы на такое утвержденье грустно вздохнул. Честный Эрвин постучал по кумполу, но ведь это говорят только себе. Ведь так? И сравнивают с тем, что у тебя было? Девушка шагнула внутрь, и ноги ступили на мягкий ковер. Его неброский рисунок играл ворсинками светом, придавая комнате уютный, законченный вид. Тэра вряд ли бы что-то захотела добавить в эти бежево-шоколадные полутона, тонкий рисунок. Вот только… Она заглянула в шкаф. Пусто. Всё правильно – все приходят со своими вещами. Проклятый Бульдог. Закрыла шкаф и взглянула в зеркало.

– Боже, ну и вид. – Лицо покраснело. Переживем. А волосы, волосы… Неужели я вот так в баре сидела? Девушка в панике попыталась расчесать растрепанную черную гриву пальцами. Всё лучше, чем ничего. Принюхалась. А запах после марафона! Фу-у!

В дверь вежливо постучали.

– Госпожа Лешер?

"Госпожа?… Я?… Кто-то спятил?" – она бросилась в душевую кабинку. Крикнула:

– Да-да! – руки метались по черной, подчеркивающей фигуру ткани, быстро-быстро отряхивая комбинезон. Хихикнула про себя "Хороша госпожа". – Да, минуту!

– Вас вызывают на грузовую площадку три.

– Уже иду. – Она выскочила из кабинки. Шлепнула по кнопке и под звуки плеснувшего душа распечатала входную дверь. За ней обнаружился невысокий, немного детского вида юноша-стюард. Из-за его плеча с эполетом приветливо махнул Клотар:

– Идем, лапочка. – В другой руке у него оказался маленький пузатый пакет, перехваченный траурной ленточкой.

– Я бы хотела… – Тэра убрала руку от молнии комбинезона и кивнула на душ. Торопыжка, извиняясь, пожал плечами. Парень-стюард повернулся и почти натурально зашагал по коридору. Только теперь Тэра поняла, что перед ней был андроид.

– Давай-давай… Эрви уже шепнул, что тебе билет еще заработать надо. – Торопыжка прихватил смутившуюся девушку за талию и повел следом.

– Эрви? – она покосилась, на щеках проступил румянец. – Значит, уже Эрви, да? Ах ты шалун!

– Фу, ты, лапа. – Клотар ехидно хмыкнул. – У вас всех что, других мыслей нет? Вот это тебя не смущает?… – ухоженная рука скользнула с талии вниз. Похлопала по упругим девичьим ягодицам. – Я ведь вроде бы тоже мужчина.

Тэра хихикнула:

– Ты – да-а-а. Герой. – И приятели расхохотались. Тэра даже подумала, что этот, как его, "Конь-Як" классная вещь. Поднял настроение просто на раз. Но как же чешутся плечи! Отсмеявшись, она всё-таки, не забыла поднять руку приятеля на талию.

Андроид шел неторопливо. Не оборачивался. Всегда вовремя указывал путь. Чего ему вообще оборачиваться, когда весь корабль одна сплошная система слежения. За всем. Камеры, сенсоры, датчики – всё сплетено с компьютером. Даже андроиды по радиоканалу. Они часть системы, часть подвижных датчиков. Часть корабля. По сути, дружно топающую пару, как и многих других сейчас, вел центральный сервер. Маленький корабельный супермозг. Гибрид органики, неорганики и новейших достижений современных яйцеголовых. Те клянутся, что еще чуть-чуть и уж точно поймут как работает настоящий, человеческий мозг. И вел их этот почти настоящий кратчайшим путем, точнёхонько на третью площадку. Перед носом андроида открывались прозрачные переборки, позади процессии компьютер их осторожно схлопывал. На очередном щите блеснула огромная цифра три и скрылась в стене.

– Вас ожидают. – Андроид замер у входа.

Тэра с Торопыжкой переглянулись и дружно шагнули на заставленную разномастной техникой площадку. Уж на что, на что, а на нее Иствик похоже совсем не скупится. Сырьевая компания, что с них взять.

Сбоку подошёл… подошла-а… Хотя, тоже нет, наверное, подошло-о… – девушка так и не поняла, какого полу это пожилое амфорообразное. Оплывшее человеко оказалось на голову выше её, – не такое уж, кстати, и достижение, – в свободном свисающем балахоне апельсинового цвета, с широким капюшоном поверх подернутых сединой волос. Заплывший глаз подрагивал. Второй смотрел из фиолетово-желто-коричневых разводов одутловатого лица устало, без интереса. Человеко одернуло широкий рукав и неторопливо ткнуло подрагивающим пальцем в апельсиновой мягкой перчатке. Флегматично выдохнуло: